6545.
Коко Шинель
(28.12.2005 17:42)
0  
Навеяно Это любовь?
Однажды женщина и мужчина лежали в постели.
Он был либерал и допускал, что женщина может быть умной.
А женщина просто считала, что все мужики банальны и прямы, словно шлагбаум. Но ооооочень сильно надуты изнутри собственным пафосом. Поэтому она с весьма загадочным выражением закрытых глаз настойчиво думала о вечно ускользающем, никогда не имевшем места в реальности рае с неким милым ей и несколько сумасшедшими то ли принцем, то ли компьютерщиком из туманного прошлого и одновременно о том, как скушен и прямолинеен лежащий рядом с ней партнер. Как банальны его слова и поступки и как не способен он понять ее тонкие душевные движения. В силу его банальности.
А над ними в тонком эфире летал некий астральный и довольно наивный миротворец, который не раз пенял Господу, что люди-де были чрезмерно наказаны за несанкционированное строительство Вавилонской башни, если они умудряются говорить на одном языке и при этом не понимать друг друга вовсе.
Хотя, думал астральный миротворец, в чем наша астральная вина в этом конкретном случае? Просто женщина считает, что лучший способ быть загадочной - это быть непонятной и непонятой и сделать все ровно так, чтобы ее партнер совсем ничего так и не понял. При желании он мог бы добиться того же самого, но мужчины этому не обучены - они логичны, прямолинейны и даже простодушны. А женщине не так сложно тайно - или даже явно - утвердить себя над ними и поставить себя выше их, хотя бы в собственных глазах: достаточно намекнуть на нечто такое, о чем они не могут иметь никакого представления by default, о какой-то собственной тайне, сделав загадочный вид познавшей некую всеобъемлющую истину...
Увы, астральный миротворец был мужескаго пола (по крайней мере, по вторичным признакам), поэтому он прозевал момент, когда партнер нашей героини потерял нить разговора, зевнул, оделся и вышел вон, вежливо попрощавшись. Понятное дело, что он больше не пришел.
И тогда загадочная дама осталась одна. Она думала о том, что, хотя все мужики и сво, но сейчас она, пожалуй, переборщила. Она думала, и думала, и думала об этом...
Прошло пять тысяч лет...
|
